История клуба ЦСКА

События и люди
 
 

Масалитин Валерий Николаевич

150px-masalitin.jpgВалерий МАСАЛИТИН

Родился 27 сентября 1966 года. Нападающий. Выступал за команды "Салют" Белгород (1983 - 1984), СКА Ростов (1985 - 1987), ЦСКА (1987 - 1989, 1990 - 1992 (по август), 1993 (с июня), "Витесс" Голландия (1990, по май), "Сигма" Чехия (1992 - 1993, по май), "Спартак" Москва (1994 - 1995), "Черноморец" Новороссийск (1996), "Копетдаг" Ашхабад (1997). В чемпионатах СССР провел 53 матча, забил 20 голов. В чемпионатах России - 47 матчей, 15 голов. Чемпион СССР 1991 года. Обладатель Кубка СССР-91. Совладелец рекорда чемпионатов СССР по числу голов в одном матче - 5 ("Ротору" в 1990 году).

ВУНДЕРКИНД

- Вот ведь как сложилось - начинал я когда-то в Белгороде и заканчивать туда же вернулся. Прошлый год за "Салют" отыграл, сейчас снова хочу. Не знаю только, в каком качестве. Играющим тренером меня туда лет шесть звали, но рано мне в тренеры, даже играющие. Я, из Белгорода когда-то уезжая, обещал - вернусь и закончу с футболом в этом городе. Отсюда отец покойный за мной на все турниры ездил - и на "Кожаный мяч", и на "Золотую шайбу".

- До тех пор, пока вы в армию не отправились.

- С армией история любопытная вышла. Призывной возраст, повестки... "Срочно явиться!" Что делать? Оттащил кипу повесток футбольным начальникам, те успокоили: "Не волнуйся, с ростовским СКА уже сговорились - отслужишь у них..."Я и не волновался - пока в дверь не позвонили. Патруль. "Масалитин?" - "Масалитин..." - "На сборы пять минут!" В машину запихивают, везут к военкому - а тот очередную повестку вручает. Под расписку. "Через два дня не явишься - уголовное дело заведем!"

- Явились?

- Да, к тому же футбольному начальству. Тут же получил билет до Ростова - и присягу принимал уже в СКА.

- В 18 лет - и в высшую лигу!

- Мало кому так повезло. Ростов в ту пору Шубин тренировал. После присяги в отпуск уезжаю, возвращаюсь - уже Полосин встречает. И он недолго пробыл - на Зонина заменили. А потом Еськова назначили. Видите, сколько я тренеров в СКА пережил? Да, еще Федотова забыл - и он в моей жизни след оставил... С Зониным недавно на кладбище виделись, когда памятник Садырину открывали. Узнал, обнял, поцеловал... "Если бы я тебя раньше на поле выпустил, мы бы из высшей не вылетели!" Надо же, думаю, сколько лет прошло, а человек переживает! У него свои были понятия, как команды чемпионами делать. Как-то в Ереване отыграл я за дубль, Зонин объявляет, кто к основе готовится. Моей фамилии нет. Наутро иду на армянский базар, ем-пью что хочу.. С командой отобедал - и снова в город. Смотрю - мчится второй тренер. "Срочно к игре готовься!" Не могу, отвечаю. А у Зонина разговор короткий: "В часть!"

КЕЙС СТОРУБЛЕВОК

- Я из СКА едва ли не во все команды высшей лиги заявления написал - будь гражданским, в момент дисквалифицировали бы. Молодой парень, забивает - со всей страны гонцы: "Пиши заявление..." Я никому не отказывал. В итоге остался в Ростове, а в Москву приехали заявлять меня сразу несколько команд. Квартиру обещали, "Волгу", мешок денег. Больше всех "Днепр": оттуда человек приехал, багажник открыл: "Твое..." Смотрю - а там кейс, сторублевками набитый.

- Но вы едва не оказались в "Спартаке"?

- "Спартак" еще из Белгорода приглашал. Покровский, селекционер, приезжал, говорил с родителями. Уже в Ростове играю - снова приезжает. Идем в гостиницу и прямо из номера звоним Бескову. Там еще шнур был порван, так Покровский его скрутил и держит, как связист на фронте, а я с Бесковым говорю. Потом и на кухне у Бескова сидели, и попугая его я слышал: "Спартак" - чемпион!" И в его зеленом "мерседесе" тоже мой переход обсуждали... Но ко мне со всех команд приезжают, деньги показывают, а Бесков все о другом: "Какой футбол тебе нравится? Кто кумир? Я тебя научу играть в хороший футбол...". Когда, думаю, до денег разговор дойдет? Но Бесков никогда о деньгах не говорил. А я-то знал, что в других командах мои ровесники и квартиры получают, и машины, и подъемные.

МОСКВА

- К Федотову и из ЦСКА в Ростов раза три гонцы являлись, он и сдался: "Забирайте..." Кстати, в Ростов за мной Петров приезжал, хоккеист. Мне страшно было, но интересно. Это же Москва! В ЦСКА "Волгу" 24-ю дали, я ее тут же продал тысяч за сорок. Взял с армейских товарищей расписку, что в конце сезона меня отпустят. "Спартак" с Бесковым в душе что-то зацепили - хотелось хорошего футбола попробовать... В ЦСКА, думаю, год поиграю и в "Спартак" переберусь. Лечу с молодежной сборной на турнир во Францию, возвращаюсь - в аэропорту никто не встречает. Что за дела? В ЦСКА я или где? Махнул в Белгород. Включаю телевизор - ЦСКА с "Гурией" играет. Сам позвонил, узнал, что меня заявили: "Приезжай срочно, с Тбилиси будешь играть!" За два дня до матча примчался на базу, Морозов Юрий Андреевич с порога на меня недобро смотрит: "Лишний вес есть?" Да вы не смотрите на мое лицо, отвечаю, оно у меня всегда круглое! В тот же день на тренировке дали почувствовать разницу между первой лигой и высшей - от скоростей чуть не задохнулся! У Морозова характер тот еще - выражений не выбирал. И особняком держался, на контакт не шел. К Федотову в Ростове я в любой момент мог заглянуть, поговорить - а к Морозову подойти нельзя было. Боялись его: "стимулировал" обещаниями в Таманскую дивизию отправить. А я в первом же матче забил грузинам два мяча - 2:1 выиграли. Команда молодая, всего два "старика" - и те вратари, Слава Чанов да Валера Новиков. Почти со всеми в юношеской сборной играл, молодежной...

- Не сгруппировались против Морозова?

- Он нас до точки кипения доводил так, что никто уже не понимал, чего Юрий Андреевич желает. Выходил и требовал. Мы бегаем, он орет, команда понять ничего не может... А он не понимает, почему мы не понимаем. От бесконечных окриков мозги отключались. Накачал-то он команду здорово - перебегать тот ЦСКА никто не мог. Как-то сыграли дома 1:1 с "Зенитом", сидим в раздевалке - Морозов приходит. "Все, - говорит, - я вас бросаю и рад, что лиц ваших больше не увижу.. В частности, Галямин, твоего!" Галямин услышал, мужества набрался: я тоже, говорит, очень рад, Юрий Андреич, что больше ваше лицо не увижу. И принял ЦСКА Шапошников. Который меня еще по ростовскому СКА "любил". Тут уж у меня нервы рокировок не выдержали - ни на первые сборы не полетел, ни на вторые. Шапошников через начальника ЦСКА мне предписание выдает: "Явиться на сборы!" А в сопровождающие Федотова дали, чтобы не сбежал... Привезли меня на сборы, денек еще побрыкался, матч сыграл - и втянулся. Конец сезона, до высшей не дотянули, ребята начинают разбегаться... Я тогда решал - в "Спартак" или в "Торпедо"? "Спартак" хорошему футболу обещает научить, в "Торпедо" квартиру дают на Автозаводской.

ПАЛ ФЕДОРЫЧ

- Но тут принял ЦСКА Садырин. Хороший мужик. Не диктатор - хотя иногда тоже зарывался. Я 88-й год доигрывал на уколах, игр десять мучился, пока Шапошникова не сняли. Только тогда в ЦИТО лег. Полтора месяца потолки рассматривал - ни одна живая душа из ЦСКА не пришла. Пришел в клуб, разговариваю в коридоре с администратором - Садырин идет. Поздоровался - и дальше. Я - в другую сторону. Слышу, за спиной Садырин спрашивает: кто, мол, был? "Масалитин". И он меня зовет: "К тебе, Валера, большой разговор". Хватит, отвечаю, разговоров. Квартиру обещали - разговором осталось. Машина - тоже. Но Садырин меня как-то успокоил: "Давай поработаем, останься..." И я остался. Интересно стало. На сборах за троих работал - себе доказывал, что не закончился футболист Масалитин. Ну и "выстрелил" в том сезоне - 32 мяча...

- Совсем другая атмосфера в команде стала?

- Конечно! Помню, в Баку выиграли, ночью победу отмечаем - пиво заканчивается. Я ребятам: "Кто чешского хочет?" Куртку набрасываю - и в город. Где днем-то ничего, кроме азербайджанского портвейна, не найти. Никакого страха! Потешно, но в самом деле чешское пиво нашел - команду нашу везде уважали... В первой лиге на голову сильнее всех были. Главное, верили, что мы сильнее. Хотя в высшей против киевских звезд первый год с уважением играли - потому сразу чемпионами и не стали. Три года, с 89-го по 91-й, получали удовольствие от футбола. После игры уходишь - продрогший, избитый, но до чего же довольный собственной командой... Хотя, если вели, скажем, 2:0, средняя линия начинала мяч держать - ни своим, ни чужим не отдавала. В раздевалке я на крик срывался: и чужую команду "возят", и своих же нападающих...

- Что же из той команды никто красиво не уехал?

- А кто из наших вообще красиво уехал? Да, Заваров. Да, много писали про Дасаева и Хидиятуллина. А когда разъезжались мы, начался развал, народу не до футбола... Лишь бы уехать. Не важно куда - только бы платили. Потом узнал, что на меня в 90-м приходил вызов из "Ливерпуля" - а мне даже не сказали. В январе 92-го зашел в федерацию футбола, слышу: "А, Масалитин? Это на тебя факс из Ливерпуля приходил?" После ЧМ-90 можно было продать в Италию Фокина и Брошина. По миллиону долларов за каждого давали. Не отпустили!

- Миллион - мало?

- Да заниматься этим было некому! Знаю, что в 91-м, после финала Кубка России, "Марсель" просил Корнеева. Тот же случай... А когда ЦСКА в еврокубках "Рому" не прошел, ребята сами взялись судьбы устраивать. По факсу выясняли: "Ага, там-то нужен нападающий - едем!" Крутились вокруг начинающие агенты, давали визитки, возили по просмотрам... Хорошо, хоть не за наш счет.

ГОЛЛАНДИЯ

- ...Как-то году в 89-м сидел я в Воронеже в гостях у футболиста Сошенко. Матчей пять до конца чемпионата. "Спорим, - говорю, - что стану лучшим бомбардиром?" Поспорили. На ящик шампанского. Еще поспорили, кто из нас первым за границу уедет, - тоже на ящик. Два матча до конца чемпионата остается, я отстаю от Мегреладзе на пять голов. Массажист все пытал: "Догонишь?" Конечно, отвечаю.

- И что?

- В первом же матче пять мячей забиваю, во втором три. Пять, кстати, "Спартаку" из Орджоникидзе, его только-только Газзаев принял. Как ни ударю - все залетает! Газзаев в перерыве говорит Димке Кузнецову: "Скажи ему, чтобы больше не забивал!" - "Сами скажите..." Обидно потом читать было, будто мне игры сдавали. Всегда честно забивал! В конце сезона обыгрываем на Кубок "Ротор" - а на трибуне сидел президент голландского "Витесса". Он нападающего подыскивал - и меня увез. Хотел еще Татарчука забрать, но тот в сборной играл - его не отпустили. Зато отпустили Серегу Крутова, чтобы не одному мне ехать. Выходим - языка не знаем, страна Голландия вокруг, все шумит, сверкает, "мерседесы" сплошные... А журналистов сколько в аэропорту! Мы перепугались, бежать от них - представить не могли, что это все ради нас. Толпа за нами чешет. Другая жизнь, другой футбол... Очень тяжело было.

- Зато на уколах там играть не приходилось, как в Москве.

- Как-то потянул заднюю мышцу, прихожу к доктору - доставай, мол, шприц. У того глаза округлились: "Мы уколы в таких случаях не делаем..."Все бы хорошо, но полетел у меня еще и позвоночник. Там команды как играли? Впереди и сзади - по огромному негру. Вверху выигрывают все, что можно. Я как-то сунулся, и такой персонаж ко мне приложился - разогнуться не мог. Кстати, Сергея Рууд Крут прозвали, а меня Ван Маc. На голландский манер. Поначалу очереди были интервью с нами сделать. В школу возили, где голландские детишки русский учат... А на поле иногда оглянешься - рядом с тобой живой чемпион Европы! Но как бы там прекрасно ни было, в ЦСКА я с удовольствием возвращался. Так соскучился по России. Нас не на совсем отпускали, только в отпуск, контракт "Витесс" на полтора года продлил, но в Голландию я уже не хотел. А Крутов вернулся, сезон или два отыграл. Я же после Голландии месяца три позвоночник залечивал, а потом потихоньку втянулся. Жили, помню, с Корнеевым в одном номере. Он за круг шесть голов забил. Что, спрашиваю, так мало? "Думаешь, больше сможешь?" - "Не вопрос!" К концу года у нас с ним по 9 мячей было... Я тогда вышел - и сразу "Ротору" пять штук положил.

ФИНАЛ

- Все знают; как ЦСКА выигрывал финал Кубка-91 у "Торпедо", как забивали Корнеев с Тишковым. А как отмечали?

- Без излишеств. Выпили шампанского, поговорили и разъехались. Через 4 дня с "Шахтером" играть надо было.

- И очередного звания прапорщику Масалитину не присвоили?

- В прапорщиках остался, хотя у ребят сумасшедшее продвижение было - за три года по три-четыре звания перемахнули... Мне Садырин говорит: "Валер, если хочешь, мы тебе майора присвоим! Сразу!" Нет, отвечаю, Пал Федорыч. Не надо мне майора. Вот-вот срок службы истечет, прапорщика сразу уволят, а майорский рапорт полгода в столе могут продержать... За границу хочется.

- А утром после финала узнали вы, что Еремин разбился...

- Кто-то из ребят позвонил часов в пять утра: "Мишка разбился..." Шок! Никто не знал, что произошло, потому и надеялись до последнего, что выживет. Может, думали, руку сломал, ребра... Понятия не имели, что там 14 смертельных ран. Разрыв всего. Потом узнали: после финала он приехал домой в Зеленоград, с братом посидел и лег спать. Где-то в полпервого ночи поднимает его сосед: "Поехали в Шереметьево-2 день рождения отмечать..." Взяли "шестерку" брата и вдвоем поехали. В баре просидели до четырех утра, выпили - и обратно. Сосед за рулем, Мишка спал рядом - пустая дорога, километра на три никого... Вдруг автобус навстречу, они на огромной скорости врезаются ему в переднее колесо, протащило вдоль всего борта - естественно, там ничего не осталось...

- Машину потом видели?

- Ездили смотреть... Один багажник. Удар водительской стороной - соседа потому сразу и похоронили, что не осталось ничего. А Мишка, видно, проснулся в момент удара - и все это стекло в глаза пошло...

Очень тяжело. Машина на имя брата зарегистрирована была, потому все и решили, что с братом он разбился. У Еремина на могиле всей командой пообещали, что чемпионство от нас не уйдет. В память. Сразу после похорон "Шахтеру" проиграли - но к тому матчу мы вообще готовы не были, это понятно...

- Был в вашей жизни еще матч с "Ромой". После которого Садырин "Рому" эту "деревней" обозвал...

- Не после, а до. После жеребьевки говорит: "А что - "Рома"? Такая же деревня, только с понтами..." Мы уверены были, что итальянцев пройдем. Но дома два раза ошиблись, на выезде чистейший гол Фокина отменили... Потом узнали, что получил судья за эту игру 50 тысяч долларов. Еще помню, как в Италии нас на телевидение привели, усадили напротив Донадони и спрашивают: "Сколько зарабатываете в месяц?" Мы тогда в ЦСКА тысячу рублей получали, около 30 долларов по курсу - ну и сказали. "А вы сколько зарабатываете, господин Донадони?" Тот усмехнулся: "Чуть больше...". В Италии ролик крутили - холодная Россия, нищие, очереди, все серое... Потом - виды Италии. И - вопрос: "Как смогли русские оставить Италию без чемпионата Европы?"

- О сборной, кстати, тогда не задумывались?

- Мечтал... Наверное, были нападающие лучше меня. Хотя цээсковские ребята из сборной возвращались: "Бышовец Юрана с Колывановым критикует, тебя в пример ставит. Как мяч принимаешь - и к воротам. Сразу острота! А они на фланг мячик таскают..." Но мне говорилось, что для сборной слишком много брака допускаю. Потому и не зовут.

СМУТНЫЕ ВРЕМЕНА

- 92-й у меня ушел на попытки уехать. Собрался в дрезденское "Динамо" - то с визой проблема, то с разрешением на работу.. Обещали немцы сначала 14 тысяч марок платить, потом до восьми дошли. Нищий клуб! Уговаривали: "Давай сначала к нам, через год или в Леверкузен тебя продадим, или в "Бохум"..." Но мне агент внушил: на зарплату меньше 10 тысяч долларов соглашаться нельзя. Поехал в "Сошо", оттуда в Бельгию - тренироваться некогда, бесконечные смотрины. В "Антверпене" понравился - опять по деньгам не сошлись. К тому времени и ЦСКА опомнился: "Мы за тебя 150 тысяч потребуем!"

- А закончились путешествия Испанией?

- Приехали туда с Брошиным. Назабивал в контрольных матчах, газеты пишут: "Русская революция в "Бадахосе"!" - но зачем-то клубное начальство отправилось к местному кумиру, стареющему бомбардиру, консультироваться, кого покупать. Тот, естественно, говорит: кого угодно, только не нападающего. В итоге Брошина с Перепаденко оставили, а я отправился в Чехию, в "Сигму". К тому времени настолько опротивело скитаться... Двух месяцев хватило, чтоб надоел мне чешский чемпионат. И команда не моя, и игра. Как бы доброжелательно ни относились. Отпустите, говорю, - они и отпустили. Без скандала.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

- Прихожу к Мурашко, президенту ЦСКА. "Валера, нет вопросов, ты в команде!" Только заиграл - новая травма. Да еще напасть: пришел в ЦСКА тренер Костылев со своими людьми. Ребята из чемпионского состава ничего за душой не имели - а эта молодежь получила все и сразу. И подъемные, и что угодно. Естественно, пошли обиды... Сергеева на левый край полузащиты сослали, меня на правый. Потом на германских сборах вроде вернули в нападение, я забивать начал - но рано радовался. Сняли Костылева, поставили вместо него Копейкина - а у того установка своя: "Ничего менять не буду. Сергеев - слева, Масалитин - справа..." Потом и на скамейку усадил. Тут уж терпение лопнуло, отправился я к президенту: "Вы меня отпустите, а команду я себе сам подберу.."

Звоню Тарханову: "Сань, если есть возможность, командочку мне найди!" В Израиль, спрашивает, поедешь? Нет, отвечаю, не поеду. Потом перезванивает: "В "Спартаке" не хочешь попробоваться?" - "Да ты что, травишь?! Вы же там все из себя чемпионы, великие - а я вчера еще за вылет боролся..." Но в Тарасовку приехал. На полполя дубль тренируется, и я с ним, на полполя - основа. Все на меня поглядывают - что, дескать, Масалитин здесь делает? Потом начались мучения...

- Со "Спартаком"?

- С ЦСКА. Трансферные дела решить не могли. У меня ни контракта с ЦСКА не было, ничего - ни на одну бумажку сослаться не могли. "Спартак" и на Лигу чемпионов меня заявляет, и на чемпионат, уже готовлюсь в Барселоне на поле выйти - Тарханов меня отзывает: "Мурашко пообещал письмо в ФИФА отправить, если ты выйдешь. Очки снимут. Извини..." Следующая игра - то же самое. Наконец, вышел против "Динамо" на замену, мы 0:1 "горели" - и я тут же сравнял... Следом "Крыльям" четыре забиваю - и снова ломаюсь. Мениск. Только вылечился - упал мне на больную ногу Нечай из "Ротора". Всеми своими ста килограммами. Тогда-то я и услышал в ЦИТО, что с футболом надо заканчивать. Лежал в палате и думал, что двумя месяцами раньше в этом самом ЦИТО тесть умер, которого я туда и устроил. Сердце не выдержало наркоза. После отца - самый близкий для меня человек. Он умер, и остался я один на один со своими мужскими проблемами... Со всех сторон - больно.

- В "Спартаке" обузой себя почувствовали?

- Почувствовал. Приезжаешь на тренировку, люди "квадраты" разыгрывают, готовятся к "Баварии", к "ПСЖ"...

- Тогда и узнали, как Олег Иванович умеет сквозь человека смотреть?

- Да. По всему видно - на тебя не рассчитывают, больные команде в тягость. Но деньгами не обижали, во Францию как-то с женами всех взяли - и меня в том числе. Заплатили за операцию в Германии. "Обиженным" себя не чувствовал - морально угнетенным. Сам готовился, видел себя на месте Мухамадиева... Романцева Ярцев сменил, начало сезона, команда собирается - все на что-то рассчитывают. Моя очередь - Романцев из комнаты выходит. Ярцев на меня смотрит: "Есть шанс, потренируйся с дублем. Докажешь - в команду вернем..." Объясняю, что манеж моему колену противопоказан. "Да? "Спартак" под тебя подстраиваться не может. Прощаемся..."

- И отправились вы в "Черноморец".

- Да, и там сразу сказал: вы, ребята, кота в мешке покупаете. Могу со своими болячками круг завалить. Но даже сидя на сборах с "Черноморцем", контракт не подписывал - надеялся, в "Спартак" обратно позовут. Есауленко и в Италии, и в Израиле на сборах меня звонками находил: "Все, мы тебя забираем!" Время шло - а забрать никак не могли. Не знаю даже, как я за "Черноморец" играл-то без контракта... Поначалу все прекрасно было в отношениях с Долматовым - и так же внезапно все сломалось. Доктор напичкал меня препаратами. Тебе, говорит, станет через две недели плохо - ко мне придешь, укол сделаю, и все в норме будет. Сам из команды уехал, телефонов не оставил - а я ночами спать не могу! Хожу в полусне, будто сетка перед глазами. .. Отыскал этого доктора через знакомых, говорю: "Хоть формулу напиши, что ввел!" Другому доктору эту бумажку принес, слышу: "Чтоб этот препарат вывести, столько уколов надо сделать - задница как решето будет..." А Долматов думал, что я сачкую. Как-то в Ростове на замену меня выпустить планировал - я отказался. Как играть, если сплю на ходу? Сел на лавку, обхватил голову руками - ничего не вижу.. Не дай бог такое кому пережить. Долматов на упреки перешел - в команде три человека, кто Москвы не боится, и все трое играть не могут! Имрекова из команды отправил, Поздняков сломался, Масалитин засыпает... И пошло выяснение отношений.

ДЕРЕВНИ

...Мог, между прочим, уехать в ЮАР - но вместо себя туда Валерку Брошина сосватал. Тот вроде понравился, вернулся в Москву за трансфером, а сумку с формой в ЮАР оставил. Так до сих пор она там и лежит, раздумал возвращаться. Поехал я в Ашхабад. Тоже чудо - Туркменбаши, плюс 60 в тени, по дубовым футбольным полям козы ходят - отгонишь их и играешь... Потом в ростовский СКА зазвали нас с Брошиным. Приехал - та же база, где когда-то начинал. Никакого ремонта, стены еще Зонина помнят. Тренируемся сами по себе, ничего не понимаем. К тренеру подошли: "Когда нас заявят?" - "А вы готовы?" Народ, конечно, встал, когда нас на поле выпустили... Задыхался поначалу, а потом ноги все вспомнили. Хет-трик даже сделал. Как-то "Ювентус" приехал с "Сельмашем" играть, в том самом "Интуристе" поселился, где мы с семьями жили. Смотрел я на этих ребят - и вспоминал, как когда-то тоже играл в очень большой футбол. И как сбылась однажды моя мечта - забил гол в падении через себя. Только давно это было. Еще достаю иногда подарок спартаковского видеооператора - матч, в котором я четыре гола "Крыльям" забил. Жалко, голы за ЦСКА на пленке не сохранились - сколько телевидение ни просил, найти не могут...

Юрий ГОЛЫШАК