Информационный сайт клуба ЦСКА

Люди и события
 
 

Балдерис Хелмут Гунарович

balderis_helmut1_s.jpg( 31.07.1952 года )Один из лучших нападающих за всю историю советского и латвийского хоккея. В детстве Хелмут занимался фигурным катанием и научился великолепно стоять на коньках. Эти навыки он перенес в хоккей с шайбой.С первых шагов в хоккее Балдерис отличался высоким уровнем катания, неподражаемым дриблингом, мощной стартовой скоростью.

В 1968 году 16 летний Хелмут был приглашен Виктором Тихоновым в рижское “Динамо”. Вместе с командой Хелмут прошел дорогу из второй союзной лиги в высшую.

Балдерис выступал в сборной с небольшими перерывами с 1975 по 1984 годы. В сборной СССР Хелмут провел 146 матчей и забил 67 голов.

В 1977 году, в интересах сборной, Балдерис перешел в ЦСКА. Созданная тройка нападения: Виктор Жлуктов-Сергей Капустин-Хелмут Балдерис отличалась завидной результативностью.

Балдерис признавался лучшим нападающим чемпионата мира в Вене 1977 года.

В 1984 году Хелмут вернулся в родное “Динамо”,а на закате спортивной карьеры успел поиграть в НХЛ в составе “Миннесота Норд Старс”(ныне “Даллас Старс”), но особых лавров себе не снискал.

Тренировал японский клуб “Ойи Шейши” и сборную Латвии.

И по сей день Хелмут Балдерис в хоккее: помогает тренеру сборной Латвии Харалду Васильеву – своему бывшему одноклубнику.

В середине 70-х, когда рижское "Динамо" только вышло в высшую лигу, болельщики ночами жгли костры, чтобы выстоять в очереди и купить билет на матч любимого клуба. Сегодня в рижский Дворец спорта очередей нет. Только, признается его нынешний директор, когда играет сборная Латвии. Кстати, директор этого сооружения - Хелмут Балдерис-Силдедзис. Миллионы любителей хоккея со стажем знают его как Балдериса - вторая часть фамилии на футболке просто не помещалась.

- Помнится, после матча сборной СССР с профи на вопрос о том, кого бы из русских канадский тренер взял себе в команду, он ответил: "Только Балдериса. Прекрасно катается на коньках". Откуда такое умение?

- Из фигурного катания. Плюс, конечно же, работа. Я на "снегурках" катался с 4 до 10 лет. Правда, тогда это каторгой считал. А когда организовались хоккейные группы, отец меня привел в хоккей, в него как раз с 11 лет брали.

- В карьере вашей, как у любого спортсмена, были и взлеты, и неудачи. Похоже, и то и другое во многом было связано с именем Виктора Тихонова?

- Виктор Васильевич был старшим тренером рижского "Динамо", он меня пригласил, и я у него начал играть. Другие меня просто не видели: мне тогда было только 16 лет. С Тихоновым я прошел от второй лиги до ЦСКА и сборной. Правда, из-за него же я не попал на две Олимпиады. В 1976 году меня Кулагин хотел взять туда. Он, кстати, меня и в "Крылья" приглашал. Насчет другой команды я обещал ему подумать, а вызова в сборную просто ждал. Но латвийский спорткомитет с подачи Тихонова "зарубил" мою кандидатуру. Виктор Васильевич заявил, что я пьянствую и дебоширю. Хотя в тот же год попал на чемпионат мира в Катовицах.

В 80-м мы взяли на Олимпиаде "серебро", и я участвовал. А в 1984-м Тихонов опять обещал взять меня на Олимпийские игры, но обманул. Скорее всего потому, что я не остался в ЦСКА. А я не мог остаться, так как дал слово правительству Латвии, что уезжаю в Москву только на три года. Хотя Тихонов и городу, и правительству нашему обещал, что возьмет меня в Сараево.

- У вас была великолепная тройка: Жлуктов, Балдерис, Капустин.

- Серега уже умер, а Жлуктов в Москве, начальником в ЦСКА - то ли клуба, то ли еще чего-то. Администратор, словом.

- Вы четыре года тренировали чемпионов Японии. Сами на лед выходили?

- На тренировках каждый день. И еще в товарищеских играх. Это сегодня иностранцы могут за японские клубы играть. А тогда они глупость сделали, запретив нам на лед выходить. Потому никак не могут подтянуться до уровня европейского и североамериканского хоккея.

- Несмотря на отсутствие серьезной игровой практики, после Японии вы в возрасте 37 лет смогли попасть в "Миннесота Норд Старс".

- Они давно ко мне приглядывались. К тому времени в этом клубе был врач-латыш из Риги. Он переговорил с руководством, и меня поставили на драфт, после чего пригласили на тренировочный сбор. Я, кстати, уже был назначен старшим тренером рижского "Динамо". Извинился перед ребятами, но от такого случая грех было отказываться.

Американцы сперва косились, мол, что за старик приехал. А когда на льду посмотрели, приумолкли, зауважали сразу. У меня контракт был на год, я провел 29 игр, а потом пришли Кларк и Боб Генни. Они меня в состав уже не ставили: старый, говорят, извини, иди в фарм-клуб. Но это не для меня. Пожил немного, чтобы дети язык выучили, - и домой.

- Как вам, игроку, которому всегда требовалось пространство, более того, явно мягкому игроку, дался переход на канадскую площадку и быстро ли вы привыкли к канадскому хоккею?

- Проблемы начались, когда меня стали учить, где мне стоять и куда бежать. Меня пытались втиснуть в чужие рамки. Это никуда не годится. Но тебе платят деньги, и ты терпишь. Если бы я играл свободнее, было бы больше пользы, да и забил бы я не три шайбы, а поболее, полагаю. Те наши звезды, которые доказали, что не надо канадцам ими руководить, больше всего и добились в НХЛ.

- Я присутствовал на том самом матче в Риге, когда вы в противостоянии с ЦСКА установили своеобразный рекорд, забив в одной игре четыре шайбы Владиславу Третьяку. По-моему, это больше никому в мире не удавалось.

- Вообще-то Анисин мне говорил, что он тоже совершил подобный "подвиг". Еще раз я четыре гола забил в Москве, но тогда последнюю шайбу закатил уже в пустые ворота, так как армейцы сняли вратаря. Это, кстати, было в 1977 году в День Советской Армии, и мы проигрывали 1:4, а в итоге победили, если не ошибаюсь, 7:5.

- В свое время в чемпионате СССР играли киевский "Сокол", рижское "Динамо", московские клубы, минское "Динамо"° Можно ли сказать, что тогда были разные национальные хоккейные школы?

- Да нет, это был советский, или русский, как хотите, хоккей. В Киеве хоккея не было никогда, в Белоруссии тоже что-то его не припомню. В большинстве своем игроки были приезжие. В нашем "Динамо" местных играло человек восемь. Все остальные - издалека. Те, кто московскому "Динамо" не подходили. Их сюда Тихонов брал и гонял здесь до седьмого пота.

- Вы столько лет играли в "Динамо", в ЦСКА. На пенсию-то заработали?

- Всю жизнь был вольнонаемным. Отслужил обязательные два года и "до свидания". Мне в ЦСКА старшего лейтенанта предлагали. Я сказал: "Когда полковника дадите, тогда погоны и надену".

- Как зарабатывали в те годы?

- В армейском клубе получал 350 рублей плюс премии. Да и то только один год их давали. В Риге побольше выходило. Где-то 400-500 рублей, а за выигрыш премию давали - 100 рублей. За ничью - "полтинник".

- Как я помню, у вас был не только номер 19 на форме, но и "Волга" с номером "00-19". А сегодня на чем ездите?

- На "Мерседесе". Номер "31-74". Вон он, за окном стоит.

- За российским хоккеем следите?

- Как раз поставил антенну спутниковую. Купил пакет российских программ. Если честно, еще ни одной игры не видел. Но мне кажется, что хоккей в России подымается. Ребятам платят зарплату, к тому же у них есть великолепный стимул - НХЛ.

- Традиционно и банально, но все-таки: сборная Балдериса?

- Третьяк, Васильев, Рагулин, Петров, Михайлов, Харламов. Это сборная СССР. Если говорить о сборной мира, то Холичек, Васильев, может быть, Бобби Орр, Харламов, Грецки, хотя у нас таких было навалом. Впрочем, он все-таки был ничего. Если брать ребят из нынешнего поколения, то я бы Буре выставил.

- Старшего?

- Ну конечно. Младшему еще далеко, ой как далеко